Описание исполнения смертной казни в Кракове в 1850 году

Описание исполнения смертной казни в Кракове в 1850 году

Описание исполнения смертной казни в Кракове в 1850 году
0
9 просмотров

Согласно источникам, последняя публичная казнь на Рыночной площади в Кракове была произведена в 1794 году отца Мацея Дзевонского. Однако в этом случае слово «последний» следует применять к месту, а не к событию. В мемуарах Юзефа Вавеля-Луи мы находим очень интересное описание казни, проведенной публично в 1850 году только в Блоня в Кракове. По словам автора, в день его казни в 5 часов утра была установлена ​​импровизированная виселица. «Этот был устроен новомодным способом, потому что была забита только толстая куча, поверх которой был закреплен блок, включая ступеньки, стол и табуреты, чтобы судья мог провести инвентаризацию. Подразделение милиционеров защищало доступ (…). Тем не менее, чтобы хорошо рассмотреть казнь, было около 2000 человек, которые пожертвовали собой и перебродили, имея воду по колено и (это) в то время, переправились через реку (т.е. Рудавы, затопившие тогда Блоню — сноска). Палач ждал на месте два часа, и толпы людей увеличивались все больше и больше, особенно евреи, которые, пользуясь субботой, шли процессиями. (…) Было почти 10 часов, и осужденного не видели, пока, наконец, новые толпы людей не почернели на сгоревшем мосту и не закричали:»Они несут его!» позвонил через Блоня. (…) В Блонии, вокруг виселицы, толпа была на пике. Было до 8000 человек (…). Было сказано следующее предложение: «Францишек Кашуба (…) родился 11 сентября 1824 года в Ольшинах, недалеко от Хшанув. За два убийства, совершенных против еврея, Лазаря и его жены (она выздоровела), и за три убийства евреев, по которым имеются лишь косвенные доказательства, он был приговорен к смертной казни ». После оглашения приговора палачи похитили его, посадили под столп, связанные руки и ноги на подтяжках подняты вверх. Мастер с величайшей ловкостью надел петлю, вывернул шею и, закрыв глаза рукой, опустил. Кашуба, выходя из криминальной фантастики, уже был так напуган, что, казалось, формально онемел. Сдерживая его и вытаскивая, он не делал никаких жестов, не говорил ни слова, а когда умирал, то не двигался, и его смерть ничем нельзя было распознать. Его лицо было только почерневшим, а голова поникла. За душу умершего народ и армия преклонили колени и помолились. Мастер (т. Е. Палач — сноска) запыхался с жандармами с площади. (…) В 4 часа, когда тело было отрезано, между продавцами и солдатами произошла битва за привязи и платья умершего ».

Кашуба, выходя из криминальной фантастики, уже был так напуган, что, казалось, формально онемел. Сдерживая его и вытаскивая, он не делал никаких жестов, не говорил ни слова, а когда умирал, то не двигался, и его смерть ничем нельзя было распознать. Его лицо было только почерневшим, а голова поникла. За душу умершего народ и армия преклонили колени и помолились. Мастер (т. Е. Палач — сноска) запыхался с жандармами с площади. (…) В 4 часа, когда тело было отрезано, между продавцами и солдатами произошла битва за привязи и платья умершего ».

Кашуба, выходя из криминальной фантастики, уже был так напуган, что, казалось, формально онемел. Сдерживая его и вытаскивая, он не делал никаких жестов, не говорил ни слова, а когда умирал, то не двигался, и его смерть ничем нельзя было распознать. Его лицо было только почерневшим, а голова поникла. За душу умершего народ и армия преклонили колени и помолились. Мастер (т. Е. Палач — сноска) запыхался с жандармами с площади. (…) В 4 часа, когда тело было отрезано, между продавцами и солдатами произошла битва за привязи и платья умершего ».

Его лицо было только почерневшим, а голова поникла. За душу умершего народ и армия преклонили колени и помолились. Мастер (т. Е. Палач — сноска) запыхался с жандармами с площади. (…) В 4 часа, когда тело было отрезано, между продавцами и солдатами произошла битва за привязи и платья умершего ».

Его лицо было только почерневшим, а голова поникла. За душу умершего народ и армия преклонили колени и помолились. Мастер (т. Е. Палач — сноска) запыхался с жандармами с площади. (…) В 4 часа, когда тело было отрезано, между продавцами и солдатами произошла битва за привязи и платья умершего ».

Комментарий: можно только подозревать, что борьба за веревку была результатом старого суеверия, согласно которому веревка от виселицы должна была приносить удачу.

«Жешувский хозяин получил за эту услугу 200 злотых. от наших, которые не хотели вешать из-за старости и непригодности ».

(«Воспоминания о семье Людовика из Кракова», Краков, 1962, стр. 318 — 319).

Комментировать
0
9 просмотров
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно

О проигрыше в борьбе с кринолином Название категории
0 комментариев

Знаменитая европейская академия медведей Название категории
0 комментариев

Просмотр старых ящиков для посещений Название категории
0 комментариев

март 1943 г. Название категории
0 комментариев